Ната и немного мата

Когда я жила у ба Лены, это было в мои 16 лет, я любила удивить бабушку. То возьму из ее заветного "чомодама" гардинную ткань и пошью на скорую руку полосатые штаны. Время от времени бабушка залезала в "чомодам" и вскидывалась: "Натальо, опять кань отхерачила". Я постоянно отхерачивала "кань" и шила безобразные одежды на свою нелепую фигуру. Хочу рассказать об одном золушкином бале, к которому я сама, без феи-крестной себе соорудила наряд. Была обычная посиделка моих одноклассников. Меня, к счастью, пригласили, хотя я была новенькая, но своим легким характером вошла в общество и была звана на балы. Ну, думаю, вот та зеленая кань пойдет на кофточку, а полосатые штаны у меня уже нахерачены. Сляпала я на бабушкиной финской "Тикке" себе еще и верх - такой же нелепый, из салатной ткани, к тому же, в облипочку. К тому же, машинка петляла нижней строчкой - и шов был ненадежным. Но бал начинался - и я обрядилась. С моей подружко...

Если бы не чувство юмора, я бы жила с большим багажом внутренних травм. В детстве я просто притягивала курьезы и неудачи. И могла бы уже с тех лет стать лузером, героем анекдотов. И все к тому и шло. Но любовь к языку и умение рассказывать истории спасло меня от проклятия. Я интуитивно поняла, что смешные истории про себя должна рассказывать я сама, перехватить подачу. Потому что я и расскажу лучше, и смогу управлять этим процессом. И люди будут смеяться не столько надо мной, сколько вместе со мной. Так, собственно, и тянется с тех пор. Вот взять хотя бы историю с бантами. Не каждая девочка переживет такой позор. И уж точно не станет рассказывать ее. Она сменит школу, а лучше – фамилию, пройдет курс психотерапии и только кошмары иногда будут отбрасывать ее в тот весенний солнечный день, чуть не ставший черным днем в истории. Но не ставший, потому что я сама давно сделала из дня Г, а точнее ГГ историю. Вот и сейчас ее расскажу. Когда несколько лет назад я пригласила д...